Хусаинов Айдар Гайдарович (husainov) wrote,
Хусаинов Айдар Гайдарович
husainov

Информационно-публицистический еженедельник "Истоки": Ледяная горка

http://istoki-rb.ru/index.php?article=4899

Ледяная горка
16.12.2015
Алексей КРИВОШЕЕВ

Алексей Владимирович Кривошеев – русский поэт, переводчик, член Союза писателей РФ, журналист, автор семи поэтических книг, ответственный за раздел поэзии в еженедельнике «Истоки». Сравнивает поэзию с волной как таковой. Стихи, слово, образ, звук – инструменты, при помощи которых автор выражает дух нового времени, не отрекаясь от классического литературного наследия.


Ледяная горка

Посвящение друзьям
(Из цикла «Петербургская ностальгия»)

Переполненные дружбой
чаши дней под Новый год,
и Рождественские службы –
век к исходу – у ворот!

Я за долами, лесами,
из болотистых земель,
услезенными глазами
вижу в точности отсель,

бородатые дружочки,
вас, оставшихся детьми,
магазинчики, лоточки
улиц, около семи.

Возбужденными роями,
оснеженными чуть-чуть,
жены с чудными очами
вдоль витрин пустились в путь, –

где сиятельные елки
моложавый Дед Мороз
со Снегурочкою в челке
нам с подарками принес.

Даже бодрый вождь народный
людной улицею стал –
шумной спешкой пешеходной
на вселенский карнавал, –

в театр Оперы-балета,
где башкирский человек –
россиянин долги лета!
Мир тебе! Салам алейк…

Но, друзья мои, коль скоро
стали стары вы, то вот –
голенастый пух танцорок
увлечет ли вас в полет?

За цветной картонный сумрак –
да в шампанскую метель?!
В льдистый, ломкий блеск – из рюмок –
за глаза, за канитель?..

Станут кони у обрыва.
И ни с места. И – храпят!
За побег у конвоира
есть разительный заряд…

Потому что вечным детям
соблазнителен исход:
тот ли встретит, кто отметил?
Счет пошел наоборот.


Ледяная горка

Но точно ли память не все сохранила?
Да полно! посмотришь внимательно – было:
и девочка в праздничной шумной толпе,
и мальчик отважный в хлопушек пальбе.

И горки слепая волна и крутая,
и бешеный ветер, и елка сверкая,
сияя огнями – дворцы ледяные,
сладимое небо – все сны золотые!

А белые клубы веселого пара!
Промерзли деревья до ярого жара,
румяные щеки так сине горят,
и маленькой женщины пристальный взгляд.

И снова волна: на квадрате ль, вповалку –
как славно! Стремительно-радостно. Ярко,
во льду отражаясь, – ракеты разряд...
Как ангелы, облачки в небе парят!

А после так долго и трудно не спится:
ее и подруг – ослепительны лица!
Ее ты стремительно под руку взял,
и рядом поставил, и в пропасть умчал…

Как пахнет домашнею пихтой! Как трудно
не то чтоб заснуть – не свихнуться от чуда!
Бока проворочал, забылся пока.
Под небом – гора, над горой – облака.


ИЗ ЦИКЛА «ДЕВА»

1 Дева и мужик
(Анимус, по Г. Юнгу, – мужское бессознательное начало в женщине, чаще всего это уродливое представление о мужчине)

На деву глянешь – в ней мужик
незыблемый сидит!
Такая дрянь, такой кирдык…
Се – памятник! Гранит.

Не всяк такая – слава бо-
гу! – редкая коза.
Иная есть – она с любо-
вью зрит в твои глаза!

А так… и девы и дева –
хи – разные. Быва-
ют и такие, что едва
тебя не убива-

ют… Только бы не было войны!
Чтоб амазонки все
всегда пекли тебе блины, –
и в зной, и при грозе.

2 Дева и велосипед

Себя воздела на седло
Велосипеда – дева.
Ее и вправду повело –
Летела, как хотела!

У девы тело – все в трико!
Как ложка для ботинка,
Была изогнута легко –
С полоской голой спинка.

Ее гремучая коса –
Чернеясь то и дело –
Скребла нещадно небеса,
Искрила, как троллейбус!

Был рыбий профиль круглогуб,
И вобла глаз округла.
Где не досталось места лбу –
Пустынный воздух пукал.

У ней под лядвиями скреблись
В двойном размахе – спицы.
И на две стороны тряслись
Две разных ягодицы!

А рта игольное ушко
Пути тянуло нитку –
Та распускалась, как трико,
Блестя, как след улитки.

И стало ей легко-легко!
И так отрадно-пусто:
И дева сбросила трико –
И выросла капуста.

Капуста – есть, капуста – пить,
К велосипеду чувство! –
В раю педальками крутить
Лилиточкой безусой.

3 Дева и зеркало

Она себя лелеет, холит,
высматривает в зеркала.
Нет! – не с любым она изволит
любви препоручить тела.

Порой примеривает к персям
несоразмерный интерес.
Рожденная не в пене песен,
Она – их идеал и есть!

Когда ж ступни приподнимает –
прилежный строя педикюр –
меж лядвий лоскуток мелькает,
съезжаясь ниже в тонкий шнур.

Когда б не только взор Амура
Ее коленей видел взмах,
скользящий угол процедуры,
пушок на выгнутых руках,

со щипчиками в пальцах, с пилкой,
движенье плеч и свесь грудиц,
живот поджатый и развилку
в начале узких ягодиц

над низкой и прозрачной гранью
частицы белого белья, –
он позабыл бы все желанья,
единой страстью возлюбя, –

не чем гордится и торгует
девица, взявшая в расчет –
а то, чем сердце протестует,
что ускользает и влечет.

4 Дева и одиночество

Уюта и счастья под вечер
с тобой не разделят одной.
Ты жизнь проживаешь беспечно,
Все – встречные, все – не с тобой.

Рассыпаны-собраны улочкой,
а ты в переулке одна.
Ах, взбалмошная, ах, дурочка,
уж больно в капризах вольна.

Зимою за тихою лампой
ты вдруг затоскуешь сильней,
щекою, шершавой, как ландыш,
слезе не скатиться твоей.

Вглядишься, бледнея пропаще,
в серебряный ночи полет,
и сладкая мука несчастья,
как счастье тебя обожжет!

Ты вздрогнешь, и жизнь твоя станет
с луной и зимой наравне,
и только морозом затянет
твой взгляд в одиноком окне.

5 Девочка и театр

Театр сделался девочке храмом,
но смущало разумных подруг
нарушенье обычной программы –
произвольный товаркин кунштюк.

Исследимость ее интересов
уводила их к бреду и сну,
а любой из подобных эксцессов
за абсурдностью был ни к чему.

С кавалерами тоже морока –
Что ни чувство, то срыв и тоска…
Лишь ночами мерцала высоко,
сообщая нездешний накал,

та звезда, что не может не сбыться! –
тот восторг, вездесущий огонь,
что зовет, и сулит, и томится,
а ухватишь – одернешь ладонь!

Тот, который возводит и рушит,
утешая, пускает на смех
и морочит пытливые души,
унижает и дарит успех.

Он один тебе будет залогом
высшей мощи, прошедшей закал,
в когда не сожжет тебя – с Богом!
Будь что будет, как гетман сказал.


Небесный охотник

Нежно здравствуй, влажная ночь!
Закулисной зимы треволненья трепать
ухожу из зеркальной цитадели прочь,
сосчитать городскую древесную рать.

Увенчанье ворон в поднебесной стране,
Орион, а кругом сочетанья окон.
Как роялю ноктюрн, мне ночное турне,
бденья всенощного я ловлю перезвон.

Красотою Данаи оделась земля.
Обретай белый мир нищетою души.
Напрягается сердце, как смысл корабля,
это ветер любви оживает в глуши.

Ничего не прошу – все и так обошлось,
На поверку – сбылось в изумительном сне.
Только рядом – Господь, словно шелест стрекоз,
словно в детстве, о, мама, в душистой стерне.


Зимнее утро

Вставай-ка! – и, небо возблагодаря,
умойся, попрыгай, за окнами зря
и дымный морозец, и яркий январь,
и хворост деревьев, и бледный янтарь,
что в кронах холодное солнце зажгло,
дым наискось лепится, небо светло.

Блаженно мечтай: вот народ Адыгеи,
отменно он делает сыр меж людей!
Сыр белый и нежный, за ломтем ломоть
грамм триста под чай ароматный спороть.

Румяный, обсыпанный маком батон
нарежь, чуть помасли, пристрой и бекон,
яйцо отскорлупь, посоли, молодец, –
ну, с богом! – пируй же себе, наконец.
Слой сливок заваркой густою залей,
плесни кипятку, сахари да и пей.

А там и шарманку свою заведи.
Куда как нескучно! Весна впереди.
Все племя пленительных дев или дам
наряды свои заготовило, – нам
на радость! Уж модницы зреют в тиши.
Немало они нам попортят души.
Subscribe

promo husainov august 10, 2035 00:35 244
Buy for 100 tokens
Каким было ваше самое первое воспоминание? Почему вы запомнили именно его, а не что-то другое? Никогда не возникало у вас такого вопроса? Как бы то ни было, именно в нем хранится секрет вашей жизни, в нем ответ- что вам нравится, а что нет, между чем и чем вы будете делать выбор всю свою жизнь.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments